Seventh-Day Adventist Church

Отдел Образования Евро-Азиатский Дивизион

Menu

Статья Алана Паркера

Ученичество. Переосмысливая адвентистское высшее образование.

Алан Паркер

Как я могу влиять не только на знания моих студентов, но и на их жизненный выбор? Ответ, как мне кажется, заключается в том, чтобы «переосмыслить» адвентистское высшее образование на основании модели ученичества, предложенной Иисусом Христом.

Внимательно рассматривая модель служения Иисуса, можно отметить, что Он не только передавал истину, но также формировал и трансформировал характер. Иисус помогал своим последователям воплощать принципы Царства Божьего в своей жизни, используя процесс ученичества, который полностью преобразовывал их.

Цель адвентистского высшего образования

Когда я сравнил образовательную модель Христа с моим собственным преподаванием, у меня возник вопрос: что же я упустил из виду? Уделял ли я основное внимание лекциям и передаче содержания в ущерб изменению характера? В противоположность этому, служение Иисуса было сконцентрировано в первую очередь не на информации, а на трансформации.

Представления Эллен Уайт о системе образования также помогли мне повернуть в сторону ученичества. Она помогла мне понять, что цель образования — восстановить в человечестве образ Божий1. Это подразумевает не только спасение учащегося, но и его (или ее) развитие во всех сферах жизни. Таким образом, христианское образование является целостным, практическим и вечным в своей перспективе. Согласно Эллен Уайт, истинное образование — это не просто познание фактов относительно тех или иных наук, но «знание Бога»2. В своих трудах она подчеркивала, что цель образования не в том, чтобы стать умнее или способнее, а в том, чтобы уподобиться Христу3.

Подобным образом рассуждает и Ховард Хендрикс, на протяжении более чем полувека преподававший теологию и поощрявший ученичество в Даласской богословской семинарии: «Секулярное образование нацелено на то, чтобы сделать людей лучше, эффективнее, успешнее, умнее. Стремление же преподавателя-христианина — это преобразование верующего по образу Христову, и никак не менее»4.

Хендрикс отмечает еще одно различие между секулярным и христианским образованием. Секулярное образование имеет дело с бизнесом и деньгами, молекулами и веществом, людьми и проблемами. Христианское образование касается вечных вопросов, как, например, характер Бога и Его царство. Секулярное образование помогает человеку найти свое место в мире; христианское образование поднимает человека над миром.

Но каким образом достигается преобразование характера? Указывая на служение Христа, Эллен Уайт заявляет, что «невозможно получить образование выше того, которое было дано первым ученикам и которое явлено посредством слова Божьего»5. Она утверждает, что «высшее образование» имеет отношение к развитию характера и может быть получено только через ученичество6. Хендрикс приходит к тому же самому важному выводу, что и Эллен Уайт: «Преподаватели-христиане должны считать себя теми, кто формирует учеников, и никак не менее»7.

Подобным же образом Артур Холмс в своей классической работе, посвященной христианскому образованию, подвергает сомнению тезис о том, что христианский колледж — это всего лишь «защитник веры». Христианское высшее образование существует не для того, чтобы «давать хорошее образование плюс библейские уроки в благочестивой атмосфере». Также его цель не состоит в том, чтобы «обучать профессиям, имеющим отношение к церкви». Холмс показывает, что ни одна из этих целей не является достаточной, чтобы оправдать расходы и время, необходимые для того, чтобы дать отличительное христианское образование9.

Согласно Холмсу, христианское гуманитарное образование должно идти дальше передачи содержания или даже ценностей; оно должно иметь дело с «созиданием личности»10. Это преображение в образ Божий на каждом этапе нашего человеческого существования11. Давать христианское гуманитарное образование означает «учить студентов ответственно поступать во всех жизненных ситуациях, что предполагает наше развитие как существ мыслящих и оценивающих»12.  

В последнее время все больше голосов раздается в пользу того, что целью образования должно быть формирование характера13. Дэвид Шилдс указывает на то, что «мы слишком часто приравниваем успеваемость к количеству изученной информации, а не к качеству характера, который формирует учащийся». Он добавляет: «Цель образования состоит не только в приобретении знаний, но и в развитии склонности к эффективному и этичному использованию этих знаний»14.

Слабые стороны современного христианского образования

Как этот взгляд на образование как на процесс, ориентированный на личность, отличается от того, что происходит в наших аудиториях? К сожалению, обучение студентов делать мудрый выбор и оказание им помощи в формировании характера часто рассматриваются как побочный эффект главной задачи — обучения собственно сути и содержанию предмета. Во многих предметах мы предполагаем зрелость обучающихся, вместо того чтобы активно направлять и поощрять ее.

В высшем образовании взаимодействие между студентами и преподавателями обычно ограничивается учебной аудиторией; особенно это касается больших групп на предметах общеобразовательного цикла. Поскольку жизнь и работа протекают в основном вне аудитории, студенты быстро понимают, что им необходимо выработать собственные механизмы выживания, причем эти механизмы, ими сформированные, могут не иметь никакого отношения к содержанию обучения. Без наставничества решения, принятые в юности, ведут к жизненным привычкам, которые могут поставить под угрозу будущий успех молодых людей — как временный, так и вечный. Студенты часто предоставлены сами себе, особенно в первые два года обучения, метаясь между факультетами, пытаясь выбрать специализацию и, без должного руководства, часто принимая неверные решения.

Также многим студентам, поступающим в высшее учебное заведение, не удается найти для себя подходящий духовный или академический круг общения, даже в адвентистских учреждениях. Поскольку студенты часто сталкиваются с незнакомыми людьми на занятиях по общеобразовательным дисциплинам и в больших университетских церквях, они не испытывают чувства духовной близости с преподавателями, пасторами и другими взрослыми членами церкви. В результате многие решения, связанные с образом жизни, принимаются ими под влиянием сверстников, которым может недоставать зрелости для разумного выбора в отношении веры и сложных жизненных ситуаций15.

В адвентистских учебных заведениях студенты, как правило, проживают в общежитии; нередко это приводит к ночным посиделкам, бегству от действительности, искусственной духовности и «запрограммированной» вере. Конечно, учащиеся могут корректировать свое поведение, чтобы соответствовать ожиданиям учебного заведения, но такие основополагающие проблемы, как сексуальность и развитие веры, часто остаются без внимания.

Нужда в развитии характера становится особенно критичной, если учесть, что время, проведенное в вузе, является периодом существенных преобразований для студентов. Часто именно в этот период они делают выбор профессии, формируют систему убеждений, принимают на себя религиозные обязательства, ухаживают и даже вступают в брак и окончательно определяют свое мировоззрение. Именно в это время нужда в общении, диалоге, наставничестве, миссии и ценностях намного острее, чем, возможно, в любой другой период их жизни. Однако большая часть этого формирующего развития происходит не в учебной аудитории, а за ее пределами.

Итог современного христианского образования состоит в том, что студенты приобретают знания и навыки (вероятно, именно в этом порядке) и некоторое представление о христианских ценностях, но зачастую за счет целостной жизни и развития истинного христианского характера.

Именно в этом контексте мы, учителя-адвентисты, должны переоценить нашу педагогическую методологию и заново осмыслить первоначальное видение Эллен Уайт. Мы должны вернуться к интегрированному последовательному подходу к задаче по воспитанию личности, вместо того, чтобы просто создавать продукт. Я уверен, что метод ученичества, предложенный Иисусом, предлагает основание для развития процесса, который сделает нас более эффективными в достижении высших целей адвентистского образования.

Метод Иисуса: воспитание через ученичество

Что такое «модель ученичества», и как ее можно применить к адвентистской системе образования? Очевидно, что существуют различия между мобильным служением Иисуса Христа в первом веке и стационарным университетским образованием в веке 21-м. В современном мире учителя не могут жить вместе со своими студентами в чужих домах, ходить по полям и лугам, рассказывать притчи и зависеть от подаяний. Тем не менее, современные тенденции в образовании открывают нам хорошие возможности для того, чтобы использовать Христову модель ученичества.

Наиболее очевидным элементом этой модели является ощущение общности, которое Он укреплял в среде Своих последователей. Он выбрал нескольких учеников, с которыми и проводил большую часть времени, вместо того чтобы обучать большие группы. Роберт Коулман утверждает, что ученики были в центре внимания Иисуса: «Он заботился не о программах, которые позволили бы достичь множества людей, но о людях, за которыми множество могло бы следовать... Основная задача плана Иисуса Христа состояла в том, чтобы привлечь людей, которые могли бы свидетельствовать о Его жизни и продолжать Его работу после того, как Он вернется к Отцу»16.

Говоря о методе Иисуса, Коулман продолжает: «Изменить мир можно лишь изменяя людей в этом мире, а люди могут измениться лишь оказавшись в руках Мастера. Очевидна необходимость не только избрать нескольких помощников, но и поддерживать сравнительно небольшую численность этой группы, чтобы можно было эффективно работать с ними»17.

Идея последовательной работы с малой группой на протяжении продолжительного периода времени известна в образовательных кругах как модель когорты. В упрощенном виде это можно описать так: студенты берут предметы вместе, чтобы сформировать взаимоотношения  и научиться поддерживать друг друга. Этот метод оказался довольно успешным на уровне послевузовского образования, когда такие социальные факторы как одиночество, изолированность и стресс отрицательно сказывались на способности студентов завершить программу обучения18. Однако даже на уровне бакалавриата использование таких групп поддержки оказалось эффективным. Дебора Байал использовала «дружины», чтобы помочь студентам с низкими баллами поступить в элитные колледжи, где они хотели учиться. Поскольку полноценный опыт когорты был бы непрактичным в данной ситуации, «дружина» состояла из 10 студентов, которые встречались с преподавателем один раз в неделю на протяжении длительного времени. В результате 90 процентов студентов успешно выпустились, половина из них вошли в почетный список декана, а четверть получила дипломы с отличием19.

Адвентистские учебные заведения также экспериментируют с этой формой модели ученичества. В Южном адвентистском университете в Колледждейле, штат Теннесси, я являюсь одним из преподавателей специального предмета для первокурсников под названием «Знакомства в Южном» («Southern Connections»). Как и в случае с моделью «дружин», этот предмет предполагает еженедельные встречи студентов одной программы обучения, чтобы порассуждать о том, как преуспеть в колледже.

Я также начал новую программу, которая называется «Приобретение душ и обучение лидеров» («Soul-winning and Leadership Training», или SALT). Эта программа дает возможность первокурсникам в их первый семестр приобрести уникальный опыт учебы в когорте. Поскольку численность группы ограничена, у студентов есть возможность прослушать все предметы вместе и делиться друг с другом духовными и миссионерскими опытами. Это позволяет не только лучше сплотить студентов, но и вызывает у них желание делиться тем, что происходит в их жизни вне стен учебной аудитории. Я обнаружил, что подобная форма системы когорт значительно увеличивает возможности для наставничества и и развития характера.

Однако я также обнаружил, что формирование взаимоотношений означает необходимость проводить со студентами время вне аудитории. Это означает помогать им понимать взаимоотношения и давать им советы по поводу того, как работают взаимоотношения. Это означает не только читать лекции, но и разделять их досуг. Это означает, что студенты будут вести дневники и открывать свои сердца учителям. Это означает быть вовлеченным в их жизнь.

Миссионерское служение

Иисус не только создал из своих учеников общность, Он также вовлек их в активное служение в интересах Царства Божьего. Он помог им понять Божий план для них и для общества. Таким образом, если в нашем процессе обучения не будет ясной миссии и если мы не научим наших студентов мыслить как миссионеры, мы не выполним стоящую перед нами задачу. Студенты должны видеть нужды этого мира; следует побуждать их делиться своими ресурсами и временем. Вероятнее всего, они станут делать это лишь тогда, когда увидят примеры подобного поведения в жизни окружающих их взрослых. Когда они увидят, как их пасторы и учителя заботятся о бедных, невежественных, отверженных и погибающих, в них пробудится желание делать то же. Они должны увидеть, что мы, преподаватели-адвентисты, верим в Божью миссию для этого мира.

В современном образовании мы часто пытаемся достичь этой цели, вовлекая студентов в служение и обучение через служение, которые становятся все более популярными. Волонтерское служение подразумевает вовлечение учащихся в общественные проекты, которые способствуют их обучению и приносят пользу обществу20. Многие адвентистские учебные заведения предлагают разнообразные проекты служения, и довольно успешные. Однако для того чтобы применять обучение посредством служения, преподаватели должны разработать соответствующие учебные проекты, имеющие отношение к воспитанию студентов.

Обучение через служение — это эффективный обучающий инструмент; исследования показывают, что оно позитивно сказывается на успеваемости, навыках письма, критического мышления и понимания содержания дисциплины21. Я включаю компонент обучения через служение в большинство моих предметов, поскольку верю, что это делает образовательный процесс не только более преобразующим, но и более христоподобным. Я участвую в общественных мероприятиях, приглашаю студентов присоединиться ко мне, а затем мы делимся впечатлениями о пережитом вместе.

Я постоянно наблюдаю трансформирующий эффект обучения через служение. Учащиеся начинают мыслить себя партнерами в миссии Божьей. Каждое лето я руковожу 10 студентами-богословами на полевой школе евангелизма, где они работают в местных общинах и под руководством наставников проводят свои собственные евангельские программы. Поскольку я сам также провожу такие программы, мы ощущаем единство, вместе переживая взлеты и падения во время евангельского служения. Все это укрепляет наши взаимоотношения и делает наши беседы о служении более искренними и предметными.

Обучение посредством опыта

То, как Иисус вовлекал Своих учеников в служение, можно применить и к современному христианскому образованию. Во-первых, мы видим, что Иисус призывает своих учеников на служение (Матфея 4:19). Затем мы видим, как Он проповедует и исцеляет, чтобы они могли увидеть практическую сторону служения (Матфея 4:23). После того, как Иисус завладел вниманием учеников, Он направляет их разум к принципам Царства Божия (Матфея 5-7). Затем Он применяет эти принципы в служении (Матфея 8-9). Когда ученики усвоили эти принципы, Он отправляет их с конкретными инструкциями о том, как самостоятельно совершать служение. (Матфея 10). Далее Он идет там, где прошли ученики и проповедует в городах, которые они только что посетили (Мафея 11:1).

Сегодня мы называем это обучением на опыте, или, как предлагает Стивен Кемп, «ситуационным обучением»22. Дэвид Колб популяризирует эту концепцию, подчеркивая «центральную роль, которую опыт играет в процессе обучения»23. Это можно проиллюстрировать так: если вы хотите научить людей плавать, недостаточно просто дать им задание прочитать что-то по теории плавания. Им нужно прыгнуть в воду и практиковаться! Точно так же совершенно неадекватной будет попытка научить студентов христианскому образу жизни только посредством дискуссий в классе и заданий по чтению. Преподаватели-христиане должны изучить метод ученичества, предложенный Иисусом, и побудить студентов участвовать в реальных жизненных ситуациях, а затем помочь им вдумчиво обсудить то, чему они научились.

Колб предлагает следующую последовательность: конкретный опыт — наблюдение и размышление — абстрактная концептуализация — активное экспериментирование, а затем цикл повторяется. Таким образом мы можем вести наших студентов от опыта к знанию и снова к опыту.

Этот цикл обучения мы можем постоянно наблюдать в служении Иисуса. В Евангелии от Матфея, глава 16, Иисус спрашивает: «А вы за кого почитаете Меня?»24 Отвечая, что Иисус — это Мессия, Петр, очевидно, не понимает, что означает данная концепция. Когда Иисус отвечает ему, рассказывая о предстоящих страданиях и смерти, Петр страстно отвергает эту идею, и Иисус вынужден поправить его. Тот же самый цикл — исповедание, объяснение, отвержение, исправление — повторяется несколько раз. И только после того, как опыт Креста и Воскресения вдребезги разбивает ту версию реальности, которой придерживался Петр, он приходит к пониманию истинного значения роли Иисуса как Мессии.

Но как эта модель может работать в сфере образования? Сегодня многие учебные программы включают в себя практический опыт как часть обучения на уровне бакалавриата. От студентов богословского факультета Южного адвентистского университета требуется прохождение двухгодичной преддипломной практики в местной церкви. Студенты не только непосредственно участвуют в служении, но и восемь раз за семестр встречаются с пастором, чтобы обсудить практические стороны совершаемого служения.

Влияние такого подхода к образованию на студентов, которым я преподаю предмет «Церковное служение», невозможно переоценить. Вместо того, чтобы просто слушать академические рассуждения о том, как совершатся служение, они могут соотносить все с реальными примерами, размышлять о советах, в которых они участвовали, посещениях, которые они совершали, политические и социальные проблемы, с которыми сталкиваются их пасторы-наставники. Мы также учим пасторов, принимающих участие в этой программе, как использовать теорию обучения Колба, чтобы они могли быть успешными наставниками студентов и вовлекать последних в диалог.

Экспериментальное обучение предлагает замечательный способ вовлечь студентов в размышление над своими практическими опытами и движение к модели образования, основанного на ученичестве. Однако одно только экспериментальное обучение неадекватно и неполно.

Целенаправленное развитие характера

Евангелия постоянно демонстрируют нам, что Иисус занимался целенаправленным развитием характера. В результате применения Его методов ученичества, апостолы перешли от неверия к вере, от дерзости к смирению, от гнева к любви, от предрассудков к гостеприимству, от страха перед религиозными лидерами к святой смелости, от самозвышения к самопожертвованию. Иисус использовал любой момент, подходящий для обучения, превращая его в урок преображения (как это было в случае с Петром и податью на храм).

Тем не менее, мы не можем рассчитывать на то, что формирование характера будет происходить в наших учебных заведениях автоматически. Здесь требуется целенаправленная работа со стороны каждого, кто принимает участие в образовании студентов. Мы можем начать с рассмотрения эмоциональных, этических и духовных потребностей молодых людей, поступающих в наши колледжи и университеты. Какие стратегии, подходящие для их возраста, мы можем использовать, чтобы помочь им построить правильные взаимоотношения со Христом и возрастать на своем христианском пути? Как мы можем помочь им понять Царство Божье и миссию Церкви? Как мы можем помочь тем, кто борется с духовным и эмоциональным банкротством своих семей, своих церквей и своего прошлого?

Согласно Дэвиду Шилдсу, развитие характера включает четыре компонента:25

1. Интеллектуальный характер. Ссылаясь на книгу Рона Ритчхарта «Интеллектуальный характер», Шилдс описывает человека с интеллектуальным характером как любознательного, восприимчивого, мыслящего, стратегического, скептического и ищущего истину. Если мы намерены целенаправленно развивать характер, нас куда больше будет интересовать, как учатся студенты, а не чему они учатся.

2. Нравственный характер. Шилдс определяет его как расположенность к хорошим и правильным поступкам. На моих занятиях я мог видеть, как учащиеся давали правильный ответ на вопрос, почему христиане не должны употреблять алкоголь, а затем шли и в ближайшие выходные устраивали алкогольную вечеринку. Нам необходимо искать способы достичь соответствия между когнитивным пониманием студентов и их поведением.

3. Гражданский характер, стремление к общему благу. Нам нужно не только рассказывать о социальных проблемах, но и побуждать студентов участвовать и их решении. Например, несколько студентов нашего университета помогли собрать 25000 долларов в помощь школе для девочек в Уганде, пошли в Конгресс, чтобы лоббировать создание фонда послевоенного восстановления, и отправились в Уганду, чтобы помогать обучать детей и их семьи. Нам нужно развивать как локальное, так и глобальное гражданское сознание.

4. Действующий характер, способность личности реализовывать намерения и достигать поставленных целей. Эта характеристика, которая делает эффективной все остальные элементы характера. Один из способов, который я нахожу успешным для развития действующего характера, состоит в том, чтобы показать студентам не только как выполняется задание, но также описать свои успехи и неудачи в духовном возрастании. В наших попытках целенаправленно заниматься развитием характера я и мои коллеги обнаружили, что для учащихся нелишним будет иметь персональный план духовного роста.

На занятиях по предмету «Христианская духовность» мы предлагаем нашим студентам пройти персональный тест на сайте http://www.assess-yourself.org, в котором оценивается характер, мировоззрение, любовь к Богу и препятствия для роста. Затем студенты готовят набор персонализированных целей и видов деятельности, и ежемесячно сдают отчет преподавателю, который является их наставником в процессе духовного возрастания.

Преподавание с перспективы ученичества требует иной образовательной модели. Планируя учебный процесс, мы должны иметь ясное представление о том, каких результатов развития характера хотим достичь. Мы должны рассматривать студента не столько как экзаменуемого, сколько как личность, нуждающуюся в достижении эмоциональной и духовной целостности. Одна стратегия, которой мы следуем на нашем факультете, заключается в том, чтобы определить, каким мы хотим видеть характер наших выпускников. Мы просим студентов составить портфолио и ежегодно встречаемся с ними для обсуждения поставленных целей. Также каждые два года мы проводим тест по 16 личностным факторам26 и обсуждаем со студентами сильные и слабые стороны их типов личности.

Хотя спланированный подход к развитию характера имеет серьезные преимущества в сравнении со случайными и нескоординированными подходами, сам по себе он не преобразует характеры учащихся. Поэтому необходимо, чтобы преподаватели и студенты старших курсов целенаправленно служили наставниками для студентов-новичков, при этом постоянно имея перед собой ясные цели27. Используя стиль ученичества, предложенный Иисусом, мы можем быть уверены, что ожидаемые изменения в характере и образе жизни учащихся действительно произойдут.

Заключение

Настало время переосмыслить адвентистское образование. Нам нужно сконцентрироваться не на создании продукта, а на развитии личности. Я верю, что ученичество — это наилучший способ. Метод Иисуса в создании сообщества, размышлениях о приобретенном опыте, вовлечении в миссионерское служение, совершенствовании социального, духовного, интеллектуального и эмоционального развития преобразуют нашу нынешнюю задачу образования.

Алан Паркер – доктор теологии, профессор служения и евангелизма в Южном адвентистском университете в Колледждейле, штат Теннесси. Он также совершает служение директора Пирсоновского института евангелизма и миссии, руководит преддипломной практикой студентов богословского факультета, и недавно организовал новую программу обучения в группах для студентов первого курса. Ранее д-р Паркер работал вице-президентом по евангелизму в медиаслужбе «Amazing Facts» в Калифорнии и был директором школы евангелизма. Данная статья является сокращенным вариантом доклада на конференции «Библейские основания веры и обучения», проходившей в г. Канкун, Мексика, в феврале 2011 года.

ПРИМЕЧАНИЯ

  1. Эллен Уайт, «Воспитание», с. 15, 16.
  2. «Всякое истинное знание и истинное развитие имеет свой источник в познании Бога» (там же, с. 14). Эта тема проходит через всю книгу (с. 17, 19, 44, 73, 76, 228).
  3. Эллен Уайт, «Советы для церкви», с. 78.
  4. Roberta Hestenes, Howard G. Hendricks, and Earl F. Palmer, Mastering Teaching (Portland, Ore.: Multnomah Press, 1991), p. 15.
  5. Эллен Уайт, «Советы родителям, учителям и студентам», с. 11.
  6. Там же и ________, «Наглядные уроки Христа», с. 22-14.
  7. Howard Hendricks, "What Makes Christian Education Distinct?" in Hestenes, et al., Mastering Teaching, op cit., p. 17.
  8. Arthur Holmes, The Idea of a Christian College (Grand Rapids, Mich.: Wm. B. Eerdmans Pub1., 1975).
  9. Там же, с. 4-6.
  10. Там же, с. 29.
  11. Там же, с. 28.
  12. Там же, с. 33.
  13. См. Thomas Lickona's Educating for Character: How Our Schools Can Teach Respect and Responsibility (New York: Bantam, 1989); Michela Borba, Building Moral Intelligence: The Seven Essential Virtues That Teach Kids to Do the Right Thing (San Francisco: Jossey-Bass, 2001); Ron Ritchhart, Intellectual Character: What It Is, Why It Matters, and How to Get It (San Francisco: Jossey-Bass, 2004).
  14. David Light Shields, "Character as the Aim of Education," Phi Delta Kappan 92:8 (May 2011): 49.
  15. Это касается как светских, так и адвентистских учебных заведений. Например, студенты в религиозных колледжах вероятность употребления студентами спиртных напитков в четыре раза меньше, чем в светских заведениях, но даже в религиозных колледжах, где запрещается употребление алкоголя, 36 процентов учащихся признаются, что делали это. Gayle M. Wells, "The Effect of Religiosity and Campus Alcohol Culture on Collegiate Alcohol Consumption," Journal of American College Health 58:4 (January 2010): 295-304. Доступно в Education Research Complete, Ipswich, Mass.
  16. Robert E. Coleman, The Master Plan of Evangelism (Grand Rapids, Mich.: Baker Publishing, 1993), p. 27.
  17. Там же.
  18. Mary Nimer, "The Doctoral Cohort Model: Increasing Opportunities for Success," College Student Journal 43:4 (December 15, 2009): 1373-1379. Доступно в: Education Research Complete, Ipswich, Mass.
  19. Tina Rosenberg, "Beyond SATs, Finding Success in Numbers," New York Times (February 15, 2012).
  20. Dawn Anderson-Butcher, "Transforming Schools Into 21st Century Community Learning Centers," Children & Schools 4:26 (2004): 248-252.
  21. Regan Harwell Schaffer, "Service-Learning in Christian Higher Education: Bringing Our Mission to Life," Christian Higher Enucation (April 2004): 127-145.
  22. Stephen Kemp, "Situated Learning: Optimizing Experiential Learning Through God-Given Learning Community," Christian Enucation Journal 7:1 (Spring 2010): 118-143.
  23. David Kolb, Experiential Learning: Experience as the Source Learning and Development (Englewood Cliffs, N.J.: Prentice-Hall, Inc., 1984), p. 20. Колб строит свои рассуждения на тезисе, который был впервые сформулирован русским теоретиком-когнитивистом Львом Выготским: «Обучение на опыте — это процесс, в котором происходит развитие человека» (цит. по: Kolb, p. xi). См. также Kemp, "Situated Learning," op cit., p. 119.
  24. Матфея 16:15.
  25. См. Shields, "Character as the Aim of Education," Phi Delta Kappan, op cit., pp. 49-52.
  26. Этот личностный тест, основанный на множественном выборе, совершенствовался на протяжении десятилетий благодаря исследованиям Рэймонда Каттелла и других ученых, исследовавших личностные характеристики.
  27. Хорошая новость в том, что современные люди активно ищут наставничества и более открыты к нему, чем прежние поколения. См. Jeanne C. Meister and Karie Willyerd, "Mentoring Millennials” in Harvard Business Review (May 2010): http://hbr.org/2010/05/ mentoring-millennials/ar/1; Thom S. Rainer and Jess W. Rainer, The Millennials: Connecting to America's Largest Generation (Nashville, Tenn.: B & H Publishing, 2011), pp. 40, 41.